Довелось мне ощутить на себе. Я хоть и медик по образованию, но не люблю пользоваться наличием белого халата в своих корыстных целях, чтобы не стоять в очереди на прием к врачу и не проходить профилактические осмотры. Вот и на протяжении своей беременности я тоже вовремя добросовестно посещала женскую консультацию, как того требует Министерство здравоохранения.

Когда начал приближаться срок родов, пора было задуматься о родильном доме. С этим у меня проблем не возникло: недалеко от меня есть прекрасный родильный дом, в котором в этом году сделали капитальный ремонт. К тому же все знакомые, которые там рожали, давали о нем исключительно положительные отзывы. Беспокоило меня только то, кто будет принимать у меня роды. По своим каналам я узнала, что возможно об этом договориться с врачом родильного дома. За 300 долларов он приедет ко мне в день родов и примет роды. Так как беременность у меня протекала без особенностей и предпосылок к осложнениям, я решила, что смогу сама справиться с родами при помощи дежурной бригады, хотя подруги-коллеги рекомендовали перестраховаться и договориться.

Схватки у меня начались в срок, и муж привез меня в родильный дом. Обязательный «благотворительный» взнос в размере 100 долларов мы заплатили заранее, чтобы потом не было проблем. Эта сумма включала в себя разовое питание, медикаменты для женщины и ребенка (в случае необходимости), одежду в родильный зал и, может, еще что-то, о чем я не интересовалась. В моей обменной карте было указано, что я медицинский работник, однако, особого внимания на это никто не обратил.

Меня отправили в предродовое отделение, где в течение нескольких часов ко мне никто не приходил. Я разминала себе спину, дышала, как того учили. Когда боль стало невыносимо терпеть, обратилась к дежурной акушерке, она сказала, что еще рано, к тому же врач занята, принимает у кого-то роды, дала но-шпу и отправила назад в палату. Через минут двадцать я не выдержала и самостоятельно отправилась искать дежурного акушера-гинеколога, чтобы она меня осмотрела и сообщила о состоянии моего здоровья и состоянии здоровья ребенка. Врач после осмотра на меня накричала, спросив, где я была раньше, ведь я уже давно должна быть в родильном зале. Мне даже за вещами не дали вернуться, позже их принесла санитарка.

В родильном зале я находилась одна в течение часа. Раз или два забегала акушерка на полминуты, что-то брала и убегала снова. Когда начался потужной период, часы показывали как раз где-то 7:30, время сдачи смены. Я очень испугалась, что придет другая дежурная бригада, от которой неизвестно чего ждать, но, к счастью, наконец-то вернулась моя врач. Схватки ослабевали, доктору пришлось дважды вводить окситоцин для стимуляции родовой деятельности, но я уже была обессиленная после тяжелой бессонной ночи.

Когда у ребенка начало резко уменьшаться число сердечных сокращений, все забегали. Быстро пришла новая дежурная бригада, неонатологи, вызвали даже анестезиолога. В итоге мне сделали эпизиотомию, ребенка вытолкнули, нажав на верхнюю часть живота. К счастью, с дочерью ничего плохого не произошло, она сразу закричала и состояние ее здоровья нормализовалось. Через два часа нас обеих перевели в обычную бесплатную послеродовую палату, в которой были кровать, кроватка, стул и пеленальный столик. В палате стояла невыносимая жара. Несмотря на то, что ребенок был одет достаточно легко, он был мокрый. А термометр оказался сломанным. Я не могла дождаться того часа, когда уеду домой. Какая там торжественная выписка! Хотелось быстрее бежать из родильного дома и чем дальше, тем лучше.

После такого приобретенного опыта теперь я даже не знаю, хочу ли второго ребенка, о котором всегда мечтала. Но если вдруг решусь, думаю, что придется теперь договариваться с врачом, чтобы больше не повторилась история бесплатных родов.